Князь Пустоты. Книга третья. Тысячекратная Мысль

Ксерий замер, обезоруженный неожиданным проявлением почтения.

– Матушка, – очень осторожно сказал он. Если злобная сука тычется мордой тебе в руку, значит, она хочет жрать. Очень.

– К тебе приходил тот человек… из Сайка.

– Да, Тассий… Он, наверное, прошел мимо тебя на обратном пути.

– Не Кемемкетри?

Ксерий хмыкнул.

– В чем дело, матушка?

– Ты что-то слышал, – пронзительным голосом сказала она. – Конфас прислал сообщение.

– Неужели! – Он облизнул губы, отворачиваясь от нее. Сука. Всегда ноет над миской.

– Я вырастила его, Ксерий! Я заботилась о нем куда больше, чем ты! Я должна знать, что случилось. Я заслужила это!

Ксерий помолчал, краем глаза следя за ней. Странно, подумал он, что одни и те же слова могут взъярить его, но вызвать нежность у кого-то другого. Но ведь все всегда кончается одинаково? Все его капризы. Он посмотрел матери в лицо и поразился, как молодо сияли ее глаза в свете светильника. Ему нравился этот каприз…

– Говорят, – сказал он, – что этот самозванец, этот… Воин-Пророк, или как его еще там называют, обвинил Конфаса – меня! – в заговоре с целью предать Священное воинство! Представляешь?

Почему-то она совсем не удивилась. Ксерий подумал, что именно Истрийя могла выдать его планы. А почему нет? Ей была свойственна противоестественная смесь мужского и женского разума. Ею двигали и чрезвычайное стремление получить признание, и одержимость безопасностью. В итоге она повсюду видела опрометчивость и трусость. И прежде всего в собственном сыне.

– Что случилось? – заботливо пропела она.

О да, нельзя забывать о драгоценной шкуре ее племянничка.

– Конфас изгнан. Он и остатки его войск сосланы в Джокту перед отправкой обратно в Нансур.

– Хорошо, – кивнула она. – Значит, твое безумие закончилось.

Ксерий рассмеялся.

– Мое безумие, матушка? – Он одарил ее улыбкой – искренней и оттого убийственной. – Или Конфаса?

Императрица фыркнула.

– И что это значит, мой, хм, дражайший сын?

Ее возраст давал о себе знать. Ксерий видел, как это происходило с ровесниками отца: их черепа пустели, словно раковины моллюсков, а дряхлые тела казались мужественными по сравнению с ослабевшими душами. Ксерий подавил дрожь. Ведь его остроумие – от матери. Когда она успела так сдать?

И все же…

– Это значит, матушка, что Конфас выиграл. – Он пожал плечами. – Не я отозвал его.

– Что ты говоришь, Ксерий? Они знают… знают о твоих намерениях! Это безумие!

Он смотрел на нее и думал о том, как же она сумела продержаться столько лет.

– Конечно. Я уверен, что Великие Имена думают то же самое.

Откуда у старой карги такой… такой невинный вид?

Она прикрыла глаза длинными ресницами, кокетливо усмехнувшись. Раньше это ей шло.

– Вижу, – сказала она, вздохнув, как пресыщенная любовница.

Даже сейчас, спустя столько лет, он помнил ее руку в ту первую ночь. Ледяные ласки разжигали его огонь. В ту первую ночь…

Сейен сладчайший, как же это возбуждало!

Ксерий поставил чашу и повернулся к императрице. Внезапно он опрокинул ее на постель под балдахином. Она не подчинилась покорно его хватке, как рабыня, но и не сопротивлялась. От нее пахло юностью… Сладкая будет ночь!

– Пожалуйста, матушка, – услышал он собственный шепот. – Так долго. Я так одинок… Только ты, матушка. Только ты меня понимаешь.

Он положил ее поперек имперского Черного Солнца, вытканного на покрывале. Дрожащими руками распустил ее платье. Чресла его так набухли, что он боялся не удержаться и запачкать ее одежды.

– Ты любишь меня, – шептал он, задыхаясь. – Ты любишь…

Ее накрашенные глаза затуманились. Плоская грудь вздымалась под тонкой тканью. Он проникал взглядом сквозь путаницу морщинок, маской покрывавших лицо императрицы, в самую змеиную суть ее красоты. Он видел женщину, которую отец ревновал до безумия, пока она показывала сыну восторги постельных тайн.

– Сыночек, – выдохнула она, – мой милый…

Его пальцы прижались к теплой коже. Сердце колотилось раскатами грома. Он провел рукой по ее голени, выбритой по айнонской моде, потом по гладкому бедру. Как такое может быть? Он добрался до ее паха, ощутил ее возбуждение…

В легких не хватило воздуха, чтобы закричать. Ксерий покатился по полу, задыхаясь и беззвучно разевая рот. Она стояла и поправляла платье, пока он пытался подняться и позвать стражу.

Первый из караульных был настолько ошеломлен, что ничего не сумел сделать – только умереть. Лицо его провалилось внутрь, из разорванной глотки хлынула кровь. Все происходящее казалось бредом. Огромный евнух Писатул пытался удержать императрицу, кричал что-то на непонятном языке. Она сломала ему шею легко, словно сорвала арбуз с плети.

Читать дальше ›

Читать полностью:

Р. Скотт Бэккер - Князь Пустоты. Книга третья. Тысячекратная Мысль

Год: 2006

Возраст: 16+

Перевод с английского

Опасный поход через опустевшие земли к далекому городу Шайме под началом Воина-Пророка Келлхуса Анасуримбора приближается к кульминации. Заключительный роман трилогии «Князь Пустоты» решит судьбу Священного воинства и будущее Нансурской империи. Рожденные для жестокости рыцари и маги, адепты различных школ и учений сойдутся в битве, чтобы открыть изящную формулу Тысячекратной Мысли, по которой в грядущие темные века будет переписана история.


Ключевые слова:

спасение мира, темный властелин, магические способности, эпическое фэнтези, темное фэнтези / dark fantasy, сверхспособности, иные миры


Издательство:

Э

Книга в магазине ›